Подыскивая пример христианской любви, я решил Вам рассказать одну историю:
Как то пришел ко мне старик. Историк, учитель истории в местной школе. Пришел и говорит: «Я в церковь не могу ходить - мне стыдно. Я в двадцатые – тридцатые годы (прошлого столетия) был назначен учителем и комсомольским секретарем в село Георгиевское. Школу открыли в поповском дому отца Александра Богоявленского. Самого его, с пятью детьми, поселили на чердак его дома. Я и преподавать и жить должен был внизу. Сначала, я по своему «комсомольскому порыву» относился к нему враждебно. Но потом, увидел, что он то живет и честно и трудно. В селе организовали колхоз, а его не взяли. Лошадь и скотину у него забрали. Так они с матушкой, вместо лошади пашню пахали и огород вели, что бы детей прокормить. На чердаке у них было холодно. А дрова им не выписывали. Им приходилось ветки и солому собирать и топиться. Но поразили меня два случая.

Как - то раз, нам, комсомольцам, пришла разнарядке собрать на кладбище металлолом в ночь на Пасху. Это значит мы должны были снимать кресты и ограды с могил родственников живущих в селе комсомольцев. Я напугался, что будет бунт, тем более, что «операция» назначена на Пасхальную ночь. Думал – думал, что делать. Решился и пошел к попу. Вот, говорю, если мы будем «собирать металлолом» и возникнет бунт, то зачинщиков заберут и расстреляют. А если ты отменишь сбор? – спрашивает он Тогда - говорю – меня расстреляют! Хорошо, говорит он, я со своими поговорю, а вы собирайте. И мы вышли в ночь на кладбище. Оно было вокруг церкви. Родители пошли в храм, а мы к могилам. Мы начали ломать кресты, а в храме громко , все вместе, начали петь молитвы. Я смотрю на своих, а у них все лица в слезах. Тогда я скомандовал запевать наши комсомольские песни, что бы не слышать молитв. Вот так всю ночь, мы кресты ломаем, поем и плачем, а они молитвы пасхальные поют, и тоже все плачут. Не знаю уж что он там прихожанам сказал, но никто ни разу, нас так за этот сбор и не укорил.

Вторая история такая:
В колхозе, хоть и пахали на лошадях, а урожай пшеницы не получался. А отец Александр, хоть и пахали с детьми и матушкой сами, но у них пшеница стояла в два раза выше и гуше колхозной. Осенью он собрал приличный урожай, а колхозники, когда все по себе разделили, получилось очень помалу. Не знаю, кто придумал, но люди, отделяли по немного семян, и приносили отцу Александру. Говорят – отец Александр, сохрани наши семена, а то они ни в колхозе не сохраняться, ни мы не сохраним – съедим. Он брал и давал им записочки. Зимой начался голод. И тем, кому было уже невмочь, приходили к нему и просили свои семена обратно – съедали. Практически все, кто принес, обратно и забрали. А к весне, у отца Александра, от недоедания умер ребенок. Оказалось, что он приходившим отдавал зерна больше, чем они ему сдавали и роздал все свое «съедобное» зерно. А весной, он начал делить еще и свое семенное зерно. За это его и взяли, и расстреляли. Я все это видел, я должен был писать доносы, о том, как он живет. Поверьте, после него, я всю жизнь ни Бога не ругал ни Церкви не навредил, но мне ходить в церковь стыдно!»
Меня эта история тронула, а начав изучать жизнь новомучеников, я понял, что главная ревность к ним была не по тому, что они оставались примером организованности и грамотности, не по тому, что проповедь православия разоблачала новую жизнь, а по тому, что они оставались примером Любви и смирения, которых не было и не могло быть у новой власти.

Церковь должна вернуть себе Любовь. Бог есть Любовь – это априори! А Церковь? По этому стыдно смотреть, что твориться. Откуда это менторство к простому и интеллигентному населению при часах за миллион и иномарках за два? Откуда пренебрежение к этому униженному, все потерявшему, вымирающему народу? Откуда наглость и жмотничество в стране, где сотни тысяч бездомных бродяг и беспризорных детей? Такое впечатление, что все перевернулось наоборот – народ стоит и молится, а батьки кресты на кладбище, что бы разбогатеть, ломают. Все воюют – со всеми! Сегодня читаю новые «приключения» о. Павла Адельгейма http://d-st75.livejournal.com/188609.html#cutid1 Разве это не бред? Где здесь Любовь? Ради какой такой высокой мисси в Церкви все это делается? Вы как хотите, не смотря на единичные случаи жертвенности и праведности, в целом у Церкви, я не вижу любви к своему народу. Народ шпыняют, пытаются «перекрестить», пытаются научить, пытаются заставить быть нравственными, пытаются научить любить Церковь а должно быть наоборот - его надо Любить!

источник